В Берлине 1920-х годов можно было зайти в кафе выпить кофе и оказаться за одним столиком с писателем Бертольтом Брехтом или художником Диксом, чьи работы обсуждали в художественных кругах Европы. В Романском кафе (Romanisches Café) подобные встречи не были редкостью. Там собирались писатели, художники, театралы, журналисты и издатели. Одни приходили побеседовать о новой книге или постановке, другие — искали редактора, заказ или знакомства, способные помочь пробиться в мир большого искусства. Далее на iberlin.
Здание, в котором разместилось легендарное кафе Берлина

Романское кафе открылось на первом этаже величественного здания, спроектированного архитектором Францем Швехтеном (Franz Schwechten) в неороманском стиле. В то время никто не мог предположить, что сооружение с массивными каменными сводами, высокими окнами и тяжелыми дверями превратится в одно из самых известных мест встреч берлинской богемы.
Кафе оказалось в эпицентре масштабных перемен. Кайзеровская Германия осталась в прошлом, а вместе с ней уходил и мир аристократических салонов с их строгими рамками и устоявшимися правилами культурной жизни. В Романском же кафе стали собираться люди, которым было тесно в старых ограничениях: литераторы, живописцы, журналисты, деятели театра. Средневековая стилистика здания и дискуссии о новом искусстве образовывали поразительный контраст. Именно за этими столиками зарождалась совершенно иная берлинская богема.
Культура кофеен Берлина
В «Кафе Запада» (Café des Westens) всегда кипела жизнь. Поэты спорили с художниками, журналисты разбирали премьеры, а молодые авторы пытались привлечь внимание тех, кто уже сделал себе имя в литературе и живописи. Из-за этого заведение снискало в городе славу «кафе мании величия» (Café Größenwahn). Со временем владельцы сочли, что подобная публика приносит больше беспокойства, нежели дохода. Цены начали расти, долгие посиделки перестали приветствоваться, и творческий Берлин отправился на поиски новой площадки. Выбор пал на Романское кафе.
Для многих деятелей искусства это было вопросом не каприза, а банального выживания. После Первой мировой войны Германию захлестнула гиперинфляция, вследствие чего:
- сбережения стремительно обесценивались;
- доходы не успевали за ростом цен;
- денег на полноценный обед попросту не хватало.
В Романском кафе можно было заказать всего одну чашку кофе и провести за столиком несколько часов. Здесь читали периодику, работали над рукописями, ждали друзей, а зимой еще и грелись. Для литераторов без стабильного дохода такое пристанище позволяло не только спокойно наслаждаться напитком, но и оставаться в самом центре творческой жизни столицы.
Особенности Романского кафе

Заведение состояло из двух залов, которым посетители быстро дали остроумные названия: «бассейн для не умеющих плавать» (Nichtschwimmerbecken) и «бассейн для умеющих плавать» (Schwimmerbecken). В первом зале кучковались начинающие поэты, непризнанные художники, невостребованные актеры и молодые репортеры. Они приходили со своими рукописями, замыслами и набросками, заводили знакомства, искали издателей и пытались попасться на глаза авторитетным мэтрам. Никаких гарантий успеха здесь не было, но каждый надеялся вытянуть счастливый билет.
Во втором зале царила совсем иная атмосфера. Там обосновались признанные классики, редакторы, влиятельные издатели — люди, способные открыть дорогу в ведущие газеты и журналы. Попасть туда было задачей не из легких: одного лишь желания творить было недостаточно, требовалось предъявить реальные достижения. Поэтому для молодых талантов переход в «бассейн для умеющих плавать» становился важнейшим шагом к признанию.
Бертольт Брехт: шахматы и работа за столиком

Одним из завсегдатаев кафе был знаменитый писатель Бертольт Брехт (Bertolt Brecht). С неизменной сигарой он садился за свой излюбленный столик и мог часами трудиться над пьесами. Впрочем, литература была не единственной его страстью: Брехт обожал шахматы и с удовольствием играл с гостями заведения. В числе его партнеров по партиям оказывался даже чемпион мира Эмануил Ласкер (Emanuel Lasker). За доской драматург нередко проводил не меньше времени, чем за театральными рукописями.
В кафе всегда можно было попросить:
- бумагу;
- конверты;
- перо и чернильницу.
К услугам гостей всегда лежали свежие газеты. Официанты превосходно знали вкусы постоянных посетителей и встречали каждого с неизменным радушием. Неудивительно, что многие деятели искусства использовали адрес кафе — площадь Августы-Виктории, 4 (Auguste-Victoria-Platz 4) — в качестве своего почтового адреса для деловой переписки.
Ремарк, Кестнер и Уайлдер в Романском кафе

За столиками заведения регулярно собирались ярчайшие представители эпохи. За одним из них сидел журналист и будущий всемирно известный прозаик Эрих Мария Ремарк (Erich Maria Remarque), за соседним — поэт и сатирик Эрих Кестнер (Erich Kästner). Заглядывал сюда и публицист Курт Тухольский (Kurt Tucholsky), автор острых статей для журнала «Die Weltbühne». Здесь сходились люди совершенно разных взглядов и стилей, но пульс Берлина они улавливали одинаково тонко.
Среди постоянных гостей также числились:
- писатель Йозеф Рот (Joseph Roth), ориентировавшийся в кофейнях не хуже, чем в редакциях;
- поэтесса Маша Калеко (Mascha Kaléko);
- репортер Эгон Эрвин Киш (Egon Erwin Kisch);
- будущий классик Голливуда Билли Уайлдер (Billy Wilder).
Романское кафе манило не только литераторов и публицистов. Здесь встречались режиссеры, художники, кинематографисты. В этом обществе ярко проявлялась главная черта Берлина двадцатых: никто не замыкался в одной профессии или узком кругу. Кафе жило смелыми дискуссиями людей, готовых экспериментировать и отстаивать свои идеи.
Художники авангарда в Романском кафе

Художник Георг Грос (George Grosz) подолгу наблюдал за посетителями. Его привлекали не столько знаменитости, сколько типичные жители города: гладко выбритые господа в безупречных костюмах, офицеры, изувеченные ветераны Первой мировой. Грос фиксировал эти типажи в блокноте, превращая зарисовки в беспощадную сатиру. Будучи одним из лидеров берлинского дадаизма, он отказывался приукрашивать город, где показная роскошь соседствовала с нищетой, а возвышенные разговоры об искусстве — с тяжелыми последствиями недавней войны.
Художник Отто Дикс (Otto Dix) также не избегал мрачных сторон действительности. Он нередко изображал:
- искалеченных солдат;
- людей с физическими и душевными шрамами войны.
Дикс был ключевой фигурой движения «новая вещественность» (Neue Sachlichkeit), мастера которого передавали реальность без прикрас и иллюзий. Позже литератор и кинорежиссер Геза фон Чиффра (Géza von Cziffra) оставил подробные мемуары о Романском кафе, благодаря которым сохранилась память не только о мэтрах, но и о многих ярких представителях творческой жизни того времени.
Уничтожение мира берлинской богемы

С 1933 года поток гостей начал неумолимо иссякать. Писателям, художникам и журналистам, когда-то наполнявшим залы, приходилось думать уже не о книгах и выставках, а о спасении собственных жизней от нацистского режима.
Судьбы завсегдатаев кафе сложились драматично:
- Бертольт Брехт покинул Германию сразу после поджога Рейхстага;
- Георг Грос эмигрировал в США;
- Эрих Мария Ремарк уехал в Швейцарию;
- Йозеф Рот нашел убежище во Франции.
Вместе с ними ушло в прошлое и то, ради чего сюда стремились тысячи людей: возможность свободно творить, спорить, печататься и открыто выражать собственные мысли.
Как исчезло Романское кафе?

Самому зданию уцелеть не удалось. В ноябре 1943 года Романское кафе (Romanisches Café) было практически стерто с лица земли во время бомбардировок. Навсегда исчезли залы, где начинающие авторы ловили взгляды признанных писателей, Брехт разыгрывал шахматные партии, а Грос и Дикс делали зарисовки. Долгое время после окончания Второй мировой войны на этом месте оставались руины, доставшиеся Западному Берлину. Позднее участок расчистили, а в 1965 году здесь вырос масштабный торговый комплекс, стоящий и по сей день.
От Романского кафе остались лишь архивные фотоснимки, страницы мемуаров и слава одного из самых вдохновляющих культурных центров Берлина межвоенной поры. Но его история неизмеримо шире разрушенных стен: здесь переплетались литература, театр, публицистика и смелые художественные поиски. А вольные беседы за чашкой кофе сформировали тот интеллектуальный фундамент, на котором возрождалась европейская культура после страшнейшей катастрофы XX столетия.
Источники:
- https://www.bebraverlag.de/verzeichnis/titel/das-roman
- https://www.verlagberlinbrandenburg.de/Das-
- https://kunstundfilm.de/2024/03/romanisches-cafe/
- https://www.heistberlin.com/romanisches-cafe-weimar-berlin-katja-baumeister-frenzel-interview/
- https://www.visitberlin.de/en/event/romanisches-cafe-berlin-1920s