В 1831 г. ужасная эпидемия холеры охватила Европу, Пруссию и Берлин. Государство было беспомощным. Людям пришлось испытывать разнообразные средства, которые вы себе и представить не можете для противодействия болезни. Детальнее об эпидемии холеры в Берлине в 1831 г. расскажет издание iberlin.eu.
О болезни
Как отмечает издание tagesspiegel, все слышали о холере, но только единицы к счастью ощущали ее на себе. Холера – это острая инфекционная болезнь, вызываемая холерными бактериями. Она распространяется через фекалии в воде и сопровождается тяжелой диареей, которая приводит к значительному обезвоживанию организма, что приводит к смерти. Этой болезнью легко заразиться. Она быстро распространяется даже в международных масштабах. Также эта болезнь есть в перечне тех, которые могут повлечь за собой чрезвычайную ситуацию в стране и мире. Именно страх перед холерой заставил ведущие страны мира в середине XIX в. снова встретиться и обсудить вопросы создания Международных медико-санитарных правил. Это произошло в 1851 г. в Париже.
Начало эпидемии холеры в Берлине
Чтобы вы поняли настроения горожан во время эпидемии холеры, проиллюстрируем это интересным случаем, произошедшим в 1831 г. Однажды двое мужчин стояли у доски объявлений и читали правила поведения во время болезни.
И тут один говорит другому:
«Надо перестать волноваться».
А второй ему в ответ «Надо перестать пить коньяк.
На что первый отвечает: «но как раз это меня и беспокоит»
Но не все так радовались и шутили. Холера пришла к границам Пруссии из Индии через Россию и дальше распространилась в Великобританию и США. В Европе, в том числе и в Пруссии, к болезни отнеслись безопасно. И неудивительно, ведь она была страной образованных людей, прогресса, развитой промышленности. А потому власти блокировали новости о появлении и распространении болезни, отрицали ее существование, ввели общую цензуру. А параллельно создала границы, которые ограничивали передвижение между разными местностями. Пересекать их разрешали только после пребывания в карантине в течение нескольких недель. Это не помогло остановить болезнь. А потому перешли к следующим шагам, которые должны помочь населению страны и Берлину в частности. Так распространились правила, предусматривавшие индивидуальную защиту – рациональное питание, умеренный образ жизни, соблюдение личной гигиены. Правительство призвало граждан также избегать социальных контактов и осуществлять дезинфекционные мероприятия. Но это не работало. Эпидемия продолжала шагать по стране.
В XIX в. она стала самой распространенной болезнью в мире. Тогда это считали новой чумой. Но такое сравнение не правильно, ведь если выбирать между чумой и холерой, то лучше выбрать холеру. Если сравнивать одну и другую болезнь, то вторая проходит легче. Но тогда она вызвала более сильный страх, ведь считали, что чума ушла в небытие.
Как лечились от холеры
В общей сложности в Берлине было насчитано около 1500 смертей от холеры. Первой жертвой стал лодочник на торфяной барже в Шарлоттенбурге. Уже через день заболевание охватило территорию вокруг Шиффбауэрдамма. А через несколько дней больница с 13 койками, которая была построена в конце Доротеэнштрассе, была полностью переполнена.
Но учёные не могли объяснить, как она передавалась. Существовало две теории об этом: через воздух в виде миазма или через физический контакт или предметы. А значит, здесь должны помочь дезинфекторы.
В предыдущие столетия для борьбы с чумой устраивали пожары и стреляли в воздух. В 1831 г. для этого состоятельные люди покупали коптильные (коптильные аппараты) и зажигали их дома.
В Берлине было выдано распоряжение бить в колокола во время транспортировки больных холерой и трупов умерших, чтобы люди освобождали улицы. Но это не испугало берлинцев, и они не обращали на это внимание. Они считали что лучше пить больше шнапса для профилактики.
Также власти разрешили публичное курение на улицах города и городском зоопарке. До начала эпидемии это было запрещено, потому что вредило репутации монарха. Свобода курения пришла только с революцией 1848-1849 гг.
Эпидемия, распространяемая воздушно-капельным путем, не была чем-то неизвестным, такое случалось во все времена. В то время европейцы считали, что могут помочь только жесткие барьеры, избегание личного контакта, также следует поставить баррикады на границах стран, города, улицах, квартирах. Во времена холеры тоже были поклонники этой модели поведения. Тем более что в Пруссии, столицей которой был Берлин, властвовали абсолютистские порядки: приказывай, управляй, ограждай. Людей перемещали, как хотели. Не государство существовало для граждан, а люди для государства. Были попытки военных закрыть границу на реке Одер, но это не принесло результата.
Принятые меры помешали экономике. Торговля и ремесла пришли в упадок. Социальный кризис в Берлине становился все более реальным.
Отношение жителей к эпидемии
В первые дни болезни берлинцы не желали признавать опасность. Все общественные заведения продолжали работать, как будто ничего не произошло. Лишь при королевском дворе были предприняты меры безопасности: король Фридрих Вильгельм III жил в своем дворце Шарлоттенбург, к нему подпускали только после тщательной проверки.
Уже через 2 месяца после начала болезни Берлин повсюду пахло. Дело в том, что все использовали для дезинфекции разные средства, а потому и по городу распространился такой запах. Особенностью того времени было повсеместное присутствие полиции, работников больниц и похоронных команд, которые были одеты в черную кожаную одежду и имели колокола для извещения о смерти.
Не все могли пользоваться дезинфекторами. Профессор Фридрих Гуфеланд сообщал, что в бедных районах, таких как Фойгтланд, умерло больше, чем в других местах. А остряки добавляли, что холера, покидая Берлин, говорила, что больше не хочет оставаться в месте, где к ней относятся так плохо.
Писатель Карл Гутков писал, что признаком холеры были презервативы, шерстяные бинты, смертные корзины, накрывавшиеся темной клеенкой, таблички, которые каждый должен был наклеивать на свой дом, холерные станции в определенных районах города.
Врачи и больницы во время эпидемии
Во время болезни практически каждый был сам за себя. Берлинские военные госпитали и госпитали были самым плохим вариантом для малоимущего населения столицы Пруссии. Дело в том, что там не лечили, а только помогали покинуть заведение в направлении кладбища. Поэтому военные врачи имели плохую славу.
На ранней стадии эпидемии «зараза» распространялась со стороны россии и сначала затронула Восточную Пруссию. Там людей везли в больницы силой, но некоторые пытались оттуда убежать, чтобы умереть своей смертью дома. Отношение к врачам того времени было соответствующим. В Кенигсберге, например, даже избили врачей и аптекарей, в Штеттине разрушили медицинские учреждения. В Берлине ходили слухи, что это евреи отравили колодец. Но наибольшую популярность приобрела теория, что это все организовали врачи и именно они являются главными обидчиками. Поэтому в Берлине звучали громкие шутки, когда какого-то врача везли в госпиталь. Также нередки были случаи, когда толпа берлинцев праздновала после смерти врача. Говорили, что врачи хотели остановить рост населения, искоренить бедных, создать предпосылки общей инфляции, заработать деньги, получить материал для вскрытия или хотели убить только первых больных, чтобы не дать погибнуть больше других берлинцев.
Спаситель мира Роберт Кох
Время уходило, люди перестали волноваться, как в начале эпидемии. Болезнь тоже перестала распространяться столь быстро. Единичные случаи еще продолжали появляться, но особого внимания на них уже не обращали, даже если были подъемы и падения роста эпидемии.
Через 50 лет Роберт Кох доказал, что эпидемия распространяется через воду, а значит, от этого можно защититься. Это стало настоящим ужасом для приверженцев теории миазмов, искавших причину только в воздухе. Коха была признана спасителем человечества.